Лицо дона Фернандо засветилось радостью.

— Вот вам моя рука, дон Эстебан. Это рука человека, который вместе с рукой предлагает вам и преданное сердце. Вы принимаете?

— С радостью! — воскликнул мажордом, крепко пожимая благородно протянутую ему руку. — Я принимаю и то и другое, брат! Я сам собирался предложить вам то же. Теперь мы связаны друг с другом навсегда. Я принадлежу вам, как лезвие кинжалу!

— Какое счастье! Наконец у меня есть друг! Отныне я не буду одинок, отныне мне будет с кем делить и радость, и печаль, и горе, и счастье!

— Более того, брат, у вас будет семья. Моя мать станет вашей матерью! Пойдемте, уже становится темно, а нам еще о стольком надо поговорить.

— Пойдем, — просто ответил дон Фернандо. Лошади щипали рядом сочную траву, молодые люди взнуздали их и через несколько минут скакали к жилищу дона Эстебана.

Донна Мануэла встретила их, улыбаясь, у входа.

— Скорее! — крикнула она им издали. — Ужин готов.

— Мы буквально умираем от голода, матушка, — весело отвечал дон Эстебан, сходя с лошади. — Если вы не приготовили нам сытного ужина, мы останемся голодными.

— Не беспокойся.

— Простите, что я злоупотребляю вашим гостеприимством, — сказал дон Фернандо. Хозяйка кротко улыбнулась.

— Я не больно охотно прощаю, но надеюсь, что вы будете долго гостить у нас, а потому приготовила для вас комнату.

Дон Фернандо ответил не сразу. Яркая краска залила его лицо. Он спрыгнул с лошади и подошел к старушке.

— Сеньора, — сказал он с волнением. — Я не знаю, как вас благодарить. Вы угадали самое мое сокровенное желание. Ваш сын называет меня братом, позволите ли вы называть вас матерью? Вы сделаете меня безмерно счастливым.

Донна Мануэла окинула его продолжительным и светлым взглядом. На ее лице отразилось глубокое душевное волнение, две слезы медленно скатились по щекам и, протянув молодому человеку руку, она сказала:

— Хорошо. Вместо одного у меня будет два сына. Пойдемте, ужин вас ждет.