А маленькая принцесса росла не по дням, а по часам и день ото дня становилась все краше. Все реже она приходила в сад послушать сказку, оставаясь большую часть времени одна в своей комнате. Она ненавидела дворец, ненавидела отца и его свиту. Всем своим видом принцесса подчеркивала свое презрение ко двору, а когда король отдавал откровенно глупые приказы, девушка смеялась ему в лицо, доводя до бешенства. Рука короля не раз и не два оставляла следы пощечины на лице молодой принцессы, но она продолжала смеяться, держа голову гордо и высоко. Она ничего не боялась, эта бесстрашная красавица. И, как ее покойная мать, она всегда здоровалась с Королевским Палачом первой.

Однажды случилось, что король, разделавшись с неким строптивым герцогом, закатил на радостях пир. Утратив чувство меры, тиран так напился, что когда кто-то обронил: «Велик и страшен король, все его боятся, но бессилен он перед строптивой дочерью», - он потерял от ярости разум. Опрокинув столы, схватился король за меч и бросился к комнате дочери. Никому не дано знать, что задумал в тот час король: избить принцессу или убить - слишком уж девушка напоминала мать, отважную дочь арабского султана. Но только вдруг на пути короля, у дверей в покои принцессы, вырос неизвестно откуда взявшийся Палач. От его угрюмого лица веяло холодом, в глазах застыла пустота - не гнев и не ярость, а именно пустота. Ледяная, равнодушная. Но это-то и было страшнее всего! Только смерть может глядеть так равнодушно и холодно…

Генриху вспомнился призрак в пещере, его мертвый, пронзающий душу взгляд, черное, липкое щупальце, и мальчик помимо воли поежился.

- Дрогнул король. Понял, что Палач не отступит. Что, привыкнув видеться со смертью в глазах своих жертв, он забыл, что такое страх. Ничто больше не могло напугать его: ни месть короля, ни жестокие пытки, ни сама Госпожа Смерть. Попятился король, захлопал безмолвно ртом и вдруг, не в силах вытерпеть замораживающего взгляда, бросился без оглядки прочь… Рассказывают, что, вернувшись в пиршественный зал, король малодушно рыдал, умоляя стражу спасти его от Смерти… На следующий день солдаты возвели Королевского Палача на плаху, и другой палач занес над его шеей топор… Но за миг до того, как голова Королевского Палача покатилась в корзину, он выкрикнул страшные слова.