Олаф, да ты что, я ведь пошутил, - обиженно залепетал Вальтер, безуспешно пытаясь вырваться.

В гробу я видел твои шутки, - процедил Олаф, залепил Вальтеру еще одну оплеуху и лишь после этого отпустил напуганного до смерти одноклассника.

Олаф Кауфман! - взвизгнула учительница. - Немедленно вон из класса!

Олаф хмыкнул, демонстративно передернул плечами и зашагал к выходу.

- Генрих, - распорядилась учительница, когда дверь за Олафом закрылась. - Пойди в канцелярию,

скажи чтобы записали Кауфману выговор.

Если бы дело касалось какого-нибудь другого проступка, Генрих послушно отправился бы в школьную канцелярию. Но сейчас он делать этого не захотел. Во-первых, Вальтер Кайзер тоже был тот еще гусь, а во-вторых, Генрих злился на учительницу из-за ворон. И хотя вина учительницы выглядела сомнительной - ей даже во сне не могло присниться существование Малого Мидгарда, в глазах Генриха подобная невежественность оправданием не служила.

Генрих, ты не слышишь? Я к тебе обращаюсь - сходи в канцелярию, - повторила учительница.

Не могу, - ответил Генрих, привлекая к себе внимание класса. - Я себя неважно чувствую. У меня голова кружится, могу упасть на лестнице.

Кто- то иронически хмыкнул, учительница недовольно поморщилась:

- В таком случае перепишешь на завтра две страницы из учебника по сегодняшней теме. Вальтер, у тебя, надеюсь, со здоровьем все в порядке? Прекрасно! Тогда сходи.

Вальтер Кайзер с радостным лицом выскочил из класса, а учительница вернулась к уроку.

Геометрические фигуры и связанные с ними расчеты беспокоили Генриха меньше всего на свете. «Из стены торчала рука, - размышлял он, разглядывая струйки на оконном стекле. - Если бы рука оказалась каменной, то ничего странного в том не было бы.