Милинда вернулась к своим обязанностям, и уделяла Эл еще больше времени. У Милинды появилось новое занятие. Она убедила Эл, что ее волосы следует разбирать и тщательно причесывать. Милинда была настойчива, и Эл сдалась под напором ее убеждений. К ежедневному ухаживанию добавился еще один ритуал. Милинда очень мягко разбирала пряди, немного распрямляя упрямые кудряшки, укладывая их в соответствии с собственными эстетическими воззрениями. Эл долгое время не интересовалась, какие прически сооружает Милинда, даже умышленно не обращала внимания, в надежде, что женщине наскучит это занятие или, что равнодушие Эл ее разуверит в необходимости тщательно ухода за непростой шевелюрой. Не тут то было. Милинда все действия превращала в ритуал служения, скоро Эл пожалела, что не совершала ответный "ритуал протеста". Само по себе ухаживание за волосами, хоть и чрезмерное временами, нравилось Эл. Она впадала в транс от умиротворяющих прикосновений Милинды, засыпала и видела красивые картины, словно бродила где-то за пределами сада, дворца и даже этого мира. Однажды ей привиделось, что она стоит на высокой скале, смотрит с нее в даль, но вместо пейзажа видит картины жизни местных обитателей. Кто-то из них жаловался собеседнику, что рассветы стали тусклыми, словно солнце не спешит всходить по утрам. Собеседник был согласен с ним, они сошлись во мнении, что мир потускнел. Разговор напоминал то, как старики жалуются, что жизнь прежде была лучше.

Эл проснулась с улыбкой. Милинды рядом не было, наверное, удалилась для приготовления очередного напитка. Эл сладко потянулась и зевнула. Она видела самый яркий за последнее время сон. Эл привыкла к тому, что ее сны не бывают просто картинками, она видела существующую реальность. Не мешает спросить у Милинды, видит ли она сны. Тут Эл задумалась, в моменты забытья в саду она не видела никаких картин, проваливаясь в пустоту, а потом ощущала непрестанное кружение, словно пространство растворяло ее как соль в воде, и сил очнуться не было. С каждым разом она теряла ощущение не так резко, реже, и время забытья уменьшалось. Сны, навеянные Милиндой, другого свойства. Они более походили на реальность.