- Что же мне ответить? Что советовать? Я только слуга.

Он не видел лица в сумраке, и сидела она к нему спиной. В тоне голоса слышалась мука.

- Что все это значит? Почему он меня не казнил?

- А вам хотелось? - спросил он, уловив решимость в вопросе. Она рассчитывала умереть?

- Я хотела.

Ей было трудно говорить. Ее голос звучал хрипло, затихал до шепота.

- Это от жажды. В горле пересохло. Я чувствую вас. Вашу тревогу. - Она тяжко вздохнула. - Не нужно уделять мне столько внимания. Я того не стою.

Браззавиль ушел и вернулся с красивым из прозрачного камня бокалом, в котором покачивалась в такт его шагам такая же прозрачная жидкость. Он протянул напиток ей. Она отпила глоток.

- Это вода, - сказала она. - Спасибо.

Она протянула обратно пустой бокал.

- Пусть останется здесь. - Браззавиль нежно отстранил ее руку. - Он будет полон снова, едва вы захотите.

Она посмотрела на бокал, он поймал осколок тусклого света и блеснул в ее руках.

- Прежде, я непременно попыталась бы узнать, как он наполняется, а теперь мне безразлично, - произнесла она.

- Вы много скитались, - заключил слуга.

- Достаточно, чтобы потерять всякий интерес к новшествам, - пояснила она.

- Это усталость. Трудный путь через миры утомил вас.

- Скорее невозможность их покинуть отняла мои силы. Почему он не убил меня?

- За что? Вы совершили проступок достойный жестокого наказания?

- Нет. Я ничего не нарушила. Я защищала тех, кто мне дорог.

- Вы их защитили. Они ушли, - стал рассуждать Браззавиль. - Это осмысленный и достойный поступок. Вас печалит другое. Поверьте, владыка мудр, он оставил вас здесь не случайно. Будь вы здесь лишней, он избавился бы от вашего присутствия.