— Калверт? — Голос Ханслетта едва слышен был во мраке. Да. — Я мог скорее вообразить его фигуру на палубе «Файркреста», чем разглядеть ее на фоне черного ночного неба. Тяжелые облака накатывались с зюйд-веста, скрывая последние звезды. Большие, тяжелые капли холодного дождя покрыли брызгами поверхность моря.

— Дай мне руку, нужно поднять лодку на борт.

— Все в порядке?

— Потом. Сначала покончим с лодкой.

Я вскарабкался по штормтрапу, держа фалинь лодки в руке. Когда мне пришлось поставить правую ногу на планшир, ее пронзило нестерпимой болью.

— И побыстрее. Скоро к нам пожалует целая компания.

— Ах вот как, — задумчиво промолвил Ханслетт. — Дядюшка Артур будет очень доволен.

На это я ничего не сказал. Вряд ли тот, кто нас нанял, контр-адмирал сэр Артур Эрнфорд-Джейсон, кавалер ордена Бани и множества других, будет доволен. Мы затащили мокрую лодку на борт, сняли мотор и бросили все это на баке.

— Дай мне пару водонепроницаемых мешков, — сказал я. — Затем начинай выбирать якорную цепь. Но только тихо — сними храповик и накрой рундук брезентом.

— Мы отходим?

— Мы сделаем это, если что-нибудь почуем. А пока будем стоять. Просто поднимем и опустим якорь.

Спустя некоторое время Ханслетт вернулся с мешками, куда я засунул спущенную резиновую лодку, акваланг с грузами, водонепроницаемые часы с большим циферблатом, наручный компас и глубиномер, В другой мешок я спрятал подвесной мотор, подавив желание швырнуть эту проклятую штуковину прямо за борт. Вообще-то такой мотор сам по себе не может вызвать подозрений, но у нас был уже один, закрепленный на деревянной шлюпке, что висела на корме.

Ханслетт включил электрическую лебедку и начал медленно выбирать якорную цепь.