Вторая волна вторжения достигла пика, когда со стапелей сошел первый «супердредноут». В основе проекта этого массивного корабля длиной почти четыре километра лежало использование размещенного вдоль продольной оси гиперорудия для раскалывания сфер. И он замечательно сработал. Примчавшись на всех парах с Базы Титан, «Лексингтон» разбил две сферы из направлявшихся к Земле. А затем на него налетел рой.

Тысячи мелких кораблей, похожих на небоскреб «Лэмпри», и командные К-Деки окружили супердредноут и раздолбили его в труху. Несмотря на мощное противокорабельное вооружение вдоль бортов и массивную броню, непрерывные удары антиматерии оставили от него голый корпус. В конце концов, когда корабль перестал отстреливаться, его остов бросили дрейфовать в пространстве. Корабль оказался настолько прочным, что генераторы в центре остались нетронутыми, и его в конце концов нашли, отбуксировали обратно и восстановили. Но на это ушли годы, годы, которых у Земли не было.

Майк спрашивал себя, сколько других жен и мужей, матерей и отцов были загублены проклятым Флотом. «Адмиралами», которые не сумели бы вылить мочу из сапога, если бы не инструкция на каблуке. Высшим командованием, раболепствовавшим перед чертовыми дарелами. Старшими командирами, которые и послина-то никогда не видели, не то чтобы убили хоть одного.

И задавался вопросом, когда наступит его черед.

Он смотрел на улыбающийся призрак жены, капли холодного осеннего дождя стекали с его бритой головы, а артиллерия лупила по наступающим кентаврам. Майкл щелкал предохранителем пистолета.

Джек Хорнер стоял, упершись в бока руками, и улыбался гладкой поверхности сталепластового шлема стоящего перед ним человека.

— И где же, черт возьми, О’Нил?