Странное дело! Он мог поклясться, что в этой камере никто не сидел лет десять, а то и целый век, но вонь от этого не сделалась меньше. Видно запахи мочи и испражнений, пота и крови, смрадный дух гниющей плоти въелись в древние камни навсегда, пропитав их до самой сердцевины ароматами безысходности, ужаса и муки. Конан, однако, не испытывал страха - лишь яростный гнев леопарда, по собственному недомыслию угодившего в капкан.

Он с раздражением откинул пропитанный кровью пук соломы, плюнул в ладонь и растер слюну вдоль царапины. Края ранки разошлись; багряная струйка потянулась к ступне, собираясь лужицей на полу. Помянув Сета и всех его грязных стигийских ублюдков, Конан оторвал клок ткани от набедренной повязки и прижал тряпку к колену.

Да, невесело закончились его приключения в Черных Королевствах! Прежде он тут не бывал; подвизался на севере да в срединных хайборийских землях, истоптав их от Заморы и Бритунии на востоке до Аргоса, Зингары и Пустоши Пиктов, что лежали на берегу Западного океана. Случалось ему попадать и в великие города Турана, к примеру, в Аграпур, где он командовал отрядом наемников; сам светлейший Илдиз, туранский владыка, ему доверял, отсылая с непростыми и опасными поручениями то в Меру, то в далекий Кусан, на границу с Кхитаем. Так что в гирканских степях и пустынях, по обе стороны моря Вилайет, ему тоже довелось постранствовать - пока он не распрощался с Тураном, отправившись к себе в Киммерию. Затем была служба в Боссонских топях, на пиктской границе - места мрачные и невеселые, откуда он вскоре перебрался в Бельверус, немедийскую столицу, а потом - в Офир. Благодатная страна, богатая и щедрая - и на золото, и на вино, и на женскую ласку! Да что толку, коль властитель немощен? Добро бы вокруг трона старого Вальдрика плелись интриги обычными людьми, жадными до власти… Так нет, припутали сюда еще и демона! Да такого, что мог схарчить днем весь Офир, закусив вечером соседними Коринфией и Кофом!