А он так и вьется вокруг, вприсядку: холодненьким, холодненьким!… И мама уже тянет носом. Павлик Морозов заработал. Мысли разбегаются, руки прыгают, паника. И костенеет условный рефлекс.
Без окон и без дверей
Дверь вскрывали при помощи МЧС. Внутри лежала бабка, изъеденная пролежнями.
Бабку доставили в реанимацию, начали ставить ей мочевой катетер, и сразу из половой ее щели полезли опарыши.
Сестры загалдели:
— Оставим! Оставим до утра, пусть народ посмотрит!
— Нет, — сказал доктор. — Быстро все убрать, пока мухи не налетели.
Ну, устроили фотосессию при помощи телефонов с камерами.
Наснимали, загнали в компьютер и подпись придумали: «Без окон, без дверей, полна горница червей».
Первое, что увидел шеф, когда утром явился и врубил компьютер.
Конница Бехтерева
Токсовская больница — странное место.
Попадешь и сойдешь с ума.
Пятнадцать человек в палате, и только тот, что на искусственной вентиляции, не бредит. А у прочих сплошная белая горячка, да психосоматика.
Так что трахеостома — лучшее средство от неправильных мыслей.
У одного вертолетчика между лопаток вырос пропеллер и он вылетел из кровати на пол, с гирями на ногах (сломаны были ноги).
Доктор успокоил его галоперидолом, и летун посетовал: эх, не долетел до Москвы — пришлось садиться в Витебске.
Его сосед по койке в это время брал Варшаву.
Праздным любопытным посвящается
Можно развить тему и написать, как вообще пьют врачи.
Многим же интересно, правда — и как это они пьют?
А так, что вы им все равно ничего не сделаете и придете лечиться.
Одни прячутся, другие — не очень. Кто проще, тому больше прощается. Был у нас, например, почтенный хирург, заведующий отделением. Он напивался среди бела дня, и это оказывалось полным сюрпризом. Напивался, запирался в кабинете и жил там неделю, преимущественно спал. И никому это не мешало. Пациенты как мерли, так и мерли, а некоторые выписывались.