— И так лошадь чуть не загнал.

— Я давно тебя жду.

— Бедное животное тут не при чем. За два с половиной часа я проскакал более десяти миль.

— Ну, что нового?

— Пока ничего.

— Ничего?

— Нет!

— Может быть, они заодно? Объяснения не было?

— Не было. Они в самых лучших отношениях.

— Значит, Желтая птица еще ничего не сказал?

— Видимо, так.

— Уж не предал ли он меня? — вскричал первый мексиканец, и глаза его сверкнули гневом.

— Нет. Он нам предан… Впрочем, ты знаешь его не хуже меня. Желтая птица никогда никого не предавал.

— Да, это верно. Но почему он бездействует? Ума не приложу!

— Еще не представился случай.

— Пусть сделает так, чтобы представился. С его опытом и отвагой это не очень уж трудно.

— Я сказал ему это.

— Так ты говорил с ним?

— Да, говорил.

— Ну и что?

— Он скажет завтра, что бы ни случилось.

— Наконец-то!

— Это еще не все.

— Пронюхали наши планы?

— Гм! Ты так думаешь, Пьер? — с живостью спросил первый мексиканец.

— Я видел.

— Объясни, что ты имеешь в виду?

— Мормоны попытались застать их врасплох на закате.

— Тысяча чертей! — вскричал второй мексиканец, стукнув по столу кулаком.

— Успокойся, Луи. Желтая птица был начеку. Их прогнали.

— Но завтра они попытаются снова напасть.

— Вполне вероятно.

— Что же делать?

— Идти на риск и решительно действовать.

— Мы имеем дело с сильным противником. Удастся ли добиться успеха?

— Иначе они придут сюда, и тогда все полетит к чертям!

— Это верно.

— Хочешь послушать моего совета?

— Конечно! Говори скорее. Я готов на любой риск, только бы он был на пользу дела.

— Нельзя больше ждать. Этот дьявол Фрэнсис хитер, как лиса. Если он пронюхает что-либо, все погибло; с ним надо кончать.