Быстро провел его вокруг себя и стремительным разворотом обезглавил Компанитас, размахивавшего дробовиком с барабанным магазином. Оружие зомби дважды выстрелило, обезглавленный труп дергался в безумном скачущем танце. Раздраженный, Рафен ударил снова, на сей раз вспоров живот. Сияющее лезвие встретило небольшое сопротивление позвоночника. Он напомнил себе приказать рабам арсенала наточить кромку и настроить энергетическое поле меча, когда отряд покинет Эритен.

Вокруг него борьба распалась на серию поединков. Пулуо использовал свое оружие как молот, раздавив прижатый к полу череп врага. Кейн вонзил штык в грудь шатающегося фехтовальщика. Огнемет Туркио выдыхал желто-оранжевые шары горящего прометия, превращая противников в кричащие факелы.

— Давайте покончим с этим и уйдем, — сказал Корвус.

Аджир проворчал с мрачным юмором:

— Со всем уважением, я думаю, что у этих кретинов могут быть другие идеи. Разве ты не слышишь их?

Рафен развернулся, когда услышал топот сапог и вибрирующий смех. Еще больше Копанитас показались снизу, сотни. Бурлящий порыв их истерики эхом разносился в подуровнях. Сержант прежде думал, где прячется враг. Оказалось, противник скрывался здесь.

— Мы наткнулись на крысиное гнездо, — лицо Туркио было напряжено. — Сколько?

— Больше, чем у нас патронов, — ответил Рафен. — Отступаем. Если они закупорят нас в здесь, мы больше никогда не увидим солнца.

Тогда, без предисловий, новый голос возник на общей частоте вокса, грубое и резонансное рычание:

— Кровавые Ангелы. Отступайте. Вы находитесь в огневой зоне.

— Кто говорит? — резко спросил он. — Назови свое имя и звание?

— Я не буду предупреждать тебя снова, кузен, — последовал краткий ответ, и сигнал отключился.

Пулуо развернулся и начал стрелять в шеренги прибывшего к мятежникам подкрепления, поскольку последние из первой волны были уничтожены. Кейн бросил взгляд на Рафена.