— Лично мне они нравятся, — сообщил Файолон, — и я хочу побольше узнать об Исчезнувших.

— А я действительно намерена разыскать музыкальные ящички, — добавила Майкайла, — и узнать, как они действуют.

— Король будет очень разгневан, если с вами что-нибудь случится, мой господин, — отважился вымолвить Транео, явно чем-то напуганный. — Он строго-настрого предупредил меня, что я головой за вас отвечаю.

— Вздор, — возразил Файолон. — Королю до меня нет дела. Он, небось, не знает, где мы.

Майкайлу так поразили эти слова Файолона и его уверенный тон, что на мгновение она даже забыла, что хотела сказать.

— Но ты так и не открыл, какая опасность может таиться в этих развалинах, — спохватилась она наконец, обернувшись к Квази.

— Они до сих пор живы, — отозвался тот, нервно вращая глазами.

— Живы? — переспросил Файолон. — Развалины? Ты хочешь сказать, что эти дома были и до сих пор остались живыми? Никогда не слыхал, чтобы кому-то, даже Исчезнувшим, удалось сделать здание живым.

— Как только в них кто-нибудь входит, — с дрожью проговорил Квази, — на землю выходят голоса и говорят на непонятном языке.

— Может быть, там до сих пор работают какие-нибудь приборы Исчезнувших! — воскликнула Майкайла. — Мы должны туда пойти!

— Не сейчас, — твердо сказал Транео. — Уже почти сумерки. Прошу вас, принцесса, не поступайте опрометчиво. Подождите до утра, раз уж вы собрались туда идти.

— Ладно, давайте тогда подыщем подходящее место для лагеря, — ответила Майкайла, — и не знаю, как вы, а я проголодалась. Что скажете?

— Я уже три дня живу впроголодь, — сухо заметил Файолон. — Это же ты настояла на строгой экономии наших припасов.

— Я и сейчас считаю, что это правильно, — сказала Майкайла. — Если еда кончится, нам придется возвращаться, а мне это не по душе, по крайней мере сейчас.