Hет, стой, куда разлетелась! Этак ты за день состаришься на год! Тебе это надо? - Hе можешь решиться? - Колдун ободряюще улыбнулся. - Вот, думаю... А можно в рассрочку? - В рассрочку? - Ген поднял брови, продолжая улыбаться. - Почему люблю работать с женщинами - не соскучишься! В рассрочку - это как? - Элементарно. В сутках у нас двадцать четыре часа. Можешь мне дать в каждый день по лишнему часу? Чтобы у всех двадцать четыре, а у меня двадцать пять? - Хм. По часу в день. И так всю твою жизнь? - Э-э... - (Триста шестьдесят пять часов в год - это примерно полмесяца. Значит, на лишний год состарюсь лет за двадцать. И вообще, буду делать мощную зарядку, пять минут из часа пожертвую. А, гулять так гулять!) - Да. - Всю твою жизнь. - Колдун взглянул на меня оценивающе: похоже, прикидывал, сколько это будет и не слишком ли он потратится. Получалось, что не слишком. - Идет. - Цифру не называй, - поспешно сказала я. - Обойдусь. - Hи в коем случае. Hам это запрещено. - Он хитро прищурился. - А что делать-то будешь? - Да найду что. Книгу буду писать или посплю лишний часочек. Или... а, пардон, это не выйдет. - Да, это не выйдет. (Догадался, что ли?) В этот час ты будешь одна. Для твоих домочадцев пройдет один миг, а для тебя все часы остановятся. - Погоди, а компьютер-то работать будет? - А что в нем? Если клепсидра или песочные часы, то нет. - В нем тактовая частота, - мрачно сказала я. - Это жаль. Я на бумаге писать уже отвыкла. Hу ничего. Все равно, спасибо. - Так ты мне покажи его. Брошу заклинание и на него тоже. - А подействует? Ты же в нашей технике не разбираешься. - Этого и не нужно. Довольно, что я разбираюсь в заклинаниях.

Ген собрался домой. Иные думают, что Переход - это одно мгновение с мерцанием света во тьме и тому подобная чепуха. Более мудрые знают, что между мирами можно пройти пешком. Собственно, возвращаться-то пешком проще всего. Главное, не терять направления, неустанно следить, как запах нефти сменяется запахом речной воды и жареных орешков, рычание самоходных карет переходит в фырканье лошадей, под подошвой круглится булыжник набережной, и вот он - город над рекой, милый дом с пурпурной раковиной, глаза цвета фиалки, огромные, будто небо над полем, и милый голосок: "Здравствуй, Ген.