Немного погодя он приподнял голову и, не рискуя больше высовывать нос наружу, заглянул в отверстие от разбитой фары. Кощей и Баба Яга трижды поцеловались, а потом каждый брезгливо поморщился и сплюнул в сторону. В кармане у Кощея что-то щелкнуло.

— Чего это у тебя? — спросила Баба Яга.

— А, это моя вставная челюсть проголодалась! Иди сюда, моя крошка!

Кощей вытянул руку, и на ладонь к нему из кармана прыгнула вставная железная челюсть. Она жадно щелкала зубами и подскакивала на месте.

— Что ты лязгаешь? Проголодалась? Лети и найди себе чего-нибудь! — велел Кощей. Сорвавшись с ладони, челюсть куда-то умчалась. Вскоре она вернулась уже сытая. Между передних зубов у нее застряли голубиные перья. Посидев некоторое время у Кощея на ладони, челюсть отбила зубами бодрую чечетку и вновь скользнула к нему в карман.

— Она рассказывает, в городе полно наряженных елок и вообще всякой праздничной дребедени. К Новому году готовятся! Ну ничего, я им устрою праздничек, клянусь тысячелетней мозолью на своей пятке! — усмехнулся Кощей.

— Как ты разговариваешь с челюстью? — удивилась Баба Яга. — Мысленно?

— Нет, азбукой Морзе. Она ее зубами отстукивает, — объяснил Кощей.

От неподвижного сидения в багажнике стало холодно. Ваня продрог и чихнул. Правда, он успел прикрыть рот ладонью, но все равно чуткие уши Кощея уловили посторонний звук.

— Яга, здесь кто-то есть! За трубой! — Кощей повернулся так резко, что его плащ распахнулся. Ваня разглядел стальные доспехи и понял, почему при ходьбе Кощей все время лязгал. Выхватывая меч, тот шагнул к трубе, но Баба Яга уцепилась ему за локоть: