Запыхавшийся Тиссел остановился перед конюшим, потянулся за своим кивом

— Сэр, мне срочно нужно быстрое животное. Позволь выбрать его из твоего стада.

Конюший носил очень сложную маску, которой Тиссел не сумел опознать: то была конструкция из коричневой лакированной ткани, плетеной серой кожи, а высоко на лбу находились два больших зеленовато-пурпурных шара, поделенных на небольшие сегменты, как глаза насекомом. Туземец долго разглядывал нахала, потом демонстративно выбрав стимик

— Сэр, боюсь, мои животные не подходят для такого знатного господина.

Тиссел живо забренчал на струнах ганги:

— Да нет же, все они мне подходят. Я очень спешу и с радостью приму любого скакуна из твоего стада.

Теперь туземец заиграл крещендо:

— О нет, сэр, — пел он, — мои скакуны больные и грязные. Приятно, что ты считаешь их подходящими для себя, но я не заслужил такой чести. — Здесь он сменил инструмент и извлек холодный звук из своего кродача

Смысл был ясен, Тиссел не получит животного. Повернувшись, он побежал в сторону космопорта, а ему вслед несся клекот химеркина, но Тиссел не остановился, чтобы послушать, адресована музыка конюшего невольнику или же ему самому.

Предыдущий консул Объединенных Планет на Сирене был убит в Зундаре. Нося маску Трактирного Головореза, он пристал к девушке, носившей ленту избранницы на Празднике Равноденствия. За такую бестактность он был тут же зарублен Красным Демиургом, Солнечным Эльфом и Волшебным Шершнем. Эдвер Тиссел, свежеиспеченный выпускник Дипломатического Института, был провозглашен его преемником и получил три дня на подготовку к новой роли. Будучи человеком спокойным, иногда даже чрезмерно осторожным, он воспринял это назначение как вызов. С помощью субцеребрального метода он овладел сиренским языком, найдя его не слишком сложным, а потом в Журнале Всеобщей Антропологии прочел следующее: