Забрав чемодан, я вышел на улицу и стал ждать. Близился час отъезда, и именно теперь я вдруг почувствовал, как меня манит эта незнакомая страна.
За моей спиной послышался скрип гравия под торопливыми шагами, и мгновение спустя мягкий, немного чудной из-за акцента голос спросил:
— Мистер Фергюсон?
Повернувшись, я увидел девушку с черными волосами, подстриженными на мальчишеский манер, и смуглым лицом. У нее были пухлые губы без какого-либо намека на косметику.
— Да,— ответил я.
— Меня зовут Паола Бриф. — Мне показалось, что я знал это с самого начала.
— Альберт говорит, ваш отец умер. Поэтому вы здесь.— Она говорила тихо, стараясь владеть своим голосом, который дрожал, выдавая ее состояние.— Я понимаю вас... понимаю... Но ведь ему теперь не поможешь! Прошу вас, возвращайтесь в Англию, оставьте нас в покое.
— Я приехал не из-за своего отца, а ради вашего.
— Вы оскорбляете людей, даже не замечая этого.
— Ваш отец...
— Он мертв, мертв!
— Но давайте хотя бы допустим, что мой отец был прав, что радиограмма...
— Боже! Вам наплевать на нас, на наши чувства. Вы не хотите признавать, что ваш отец спятил, вот и приехали мутить воду! О, простите, я не должна была так говорить! Но все это просто ужасно. Я не за себя волнуюсь. Папа мертв, и тут ничего не сделаешь. Но Альберт... он сойдет с ума. Я только что разговаривала с ним... Вы говорили страшные вещи!
— Но вдруг он действительно ошибся?
— Вы ничего не поняли. Отец умер на руках Альберта. И вот являетесь вы, чтобы обвинить его во лжи! А сами-то вы знаете правду?
— Правду? — Я не представлял, что ей ответить.— Нет, я знаю лишь то, что записал мой отец.