растерянно смотрит на Сиделкина.

Гаснет свет.

ИНТЕРМЕДИЯ ВТОРАЯ

Купе. Харахорина вяжет. Клюшкин лежит на верхней полке.

Сидоров стоит в коридоре у окна, курит. Постукивают в

тишине колеса поезда на стыках рельсов. Входит Ася. Она

ставит на столик две бутылки фруктовой воды.

Ася (с возмущением). Черт знает что такое, в ресторан пойти нельзя!

Харахорина. А что случилось, Асенька? Много народу?

Ася (сердито). Пристал какой-то тип. Сел за мой столик и начал заговаривать: кто, да откуда, да куда едете... Ему-то что за дело, кто я такая, откуда и куда еду!

Клюшкин. А ты бы ему сказала: еду, мол, оттуда, где меня уже нет, еду туда, где буду, а кто я такая - сам видишь, не твоего поля ягода!

Ася (улыбаясь). Я что-то в этом роде ему и сказала.

Харахорина. Пьяный, наверное?

Ася. Конечно, не трезвый. Терпеть не могу ходить по ресторанам!

Сидоров (неожиданно). Я тоже не люблю. А ведь всю свою жизнь в ресторане провел.

Клюшкин (сочувственно). Гуляешь?

Сидоров (улыбнувшись). Гуляю... С подносом в руках по залу гуляю. Я ведь вам не говорил, я с пятнадцати лет по ресторанному делу.

Ася (с удивлением). Вы?..

Сидоров. Я.

Харахорина. А мы думали, вы профессор.

Ася. Только спросить стеснялись.

Сидоров. Да по своей части я, может быть, даже и академик! Сейчас вот еду свой опыт передавать!.. Да-а... Кухонным мальчиком при бывшем "Яре" работал. Видел, как при царском режиме купцы кутили, зеркала били! Видел!.. Многого насмотрелся и наслушался. Вот вы говорите, к вам незнакомый человек в ресторане пристал с ненужными разговорами. Всякие люди в ресторан ходят: и плохие и хорошие... Прошлым летом любопытный случай со мной произошел. Открыли в Парке культуры и отдыха ресторан летнего типа...

Гаснет свет.

СЕДЬМАЯ ВСТРЕЧА

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ОН.