— Обо мне? Я представляю интерес только в том качестве, каким наделил меня Наполеон, посылая к вам, и…

Султанша сделала нетерпеливый жест.

— Забудем на время вашего императора! Его черед придет позже, хотя я, собственно, не вижу, чем он может нас занять. Что бы ни подумали вы, но в моих глазах вы представляете больший интерес, чем великий Наполеон. Итак, я хочу все знать. Расскажите мне вашу жизнь…

— Мою… жизнь?

— Конечно, всю вашу жизнь! Как если бы я была вашей матерью.

— Ваше величество, это долгая история…

— Не имеет значения. У нас вся ночь впереди, если понадобится, но я хочу знать… знать все! О вас уже ходит столько небылиц, а я хочу услышать правду. И затем, ведь я ваша кузина и хочу стать вашим другом. Разве вам не нужен друг, обладающий некоторой властью?

Маленькая шелковистая ручка султанши легла на руку Марианны, но молодая женщина уже ответила:

— О да! — с пылом, который вызвал улыбку у ее собеседницы и подтвердил родившееся с первого же взгляда убеждение, что это очаровательное и такое молодое существо отчаянно нуждается в помощи.

Привыкшая из-за полной опасностей жизни, которую она вынуждена была вести в султанском дворце, прежде чем стать его полноправной хозяйкой, с особым вниманием замечать малейшие оттенки выражения лиц, Нахшидиль при появлении Марианны поразило напряженное выражение ее прекрасного лица и затаившаяся в больших зеленых глазах тоска. Посланница Наполеона совершенно не соответствовала тому, что она ожидала.

Ходившие уже несколько недель по Средиземноморью пересуды рисовали невероятный портрет дерзкой куртизанки, своего рода будуарной Мессалины, получившей по милости Наполеона, ее любовника, титул княгини, привыкшей к коварству и любым компромиссам и готовой на что угодно, на любую подлость, чтобы обеспечить успех трудной миссии.