— Этот ветер продувает меня насквозь, вредно для суставов.

Она страдала от ревматизма и в холодную погоду не отходила от печки.

— Этот ревматизм сегодня меня достал, кроме шуток. Том, разведи огонь побольше. Что может быть лучше горящих поленьев! А если еще чайник поет на печке… это просто райская жизнь, говорю я вам.

У меня появилась привычка заходить в дом Мэтти по дороге из школы. Я недолго оставалась у нее, чтобы тетя Амелия не узнала о моих визитах. Она бы их не одобрила, ведь мы принадлежим «к лучшему классу», чем Мэтти. Как все это непонятно: мы ниже врача и священника, они в свою очередь ниже сквайра, но мы выше Мэтти.

Мэтти отрезала мне кусок хлеба от большой буханки.

— Тебе горбушку, дорогуша.

Я надевала хлеб на длинную вилку, которую сделал отец Тома, и держала над огнем, пока хлеб не поджарится.

Чашечка крепкого чая и толстый ломоть поджаренного хлеба, веселый огонь в печке, на улице дует ветер, но мы не пустим его в дом. Что может быть лучше?

Я не согласна с Мэтти. Бывает еще волшебный лее, на траве расстелена скатерть, на тарелке куриная косточка, на которой можно гадать, и двое чудесных людей, не похожих ни на кого. А на краю леса красивый замок. И можно галопом пронестись на лошади.

— О чем задумалась, малышка Сьювелин?

— Зависит от человека. Может, некоторым не нравится крепкий чай и жареный хлеб. Может, они предпочитают пикник в лесу.

— Тебе это нравится? Я рассказала, что мне нравится, а ты расскажи, что нравится тебе.

Неожиданно для себя я ей все рассказала. Она внимательно выслушала.

— И ты была в том лесу? И ты видела замок? Я знаю, тебя возила туда леди, которая к тебе приезжает.

— Мэтти, знаешь, если потянуть мизинцем косточку и достанется большая часть, то можно загадать три желания.

— Да, это старый трюк. Когда я была маленькой, по праздникам мы ели курицу. Праздничный

обед. Гарнир, начинка, как полагается, а потом начиналась настоящая битва среди детей за гадальную косточку.