- По кроватям, я сказал! Вы тихо играть не умеете. И чтоб никаких разговоров!

- Что ты на них все время кричишь? - Макс склонил голову на бок, выражая снисходительный укор.

- Не твое дело, - ответил Моргот спокойно.

- Думаешь, дисциплину можно поддерживать громким голосом?

- Дисциплину я поддерживаю крепкими затрещинами.

Тут он не соврал - рука у Моргота была тяжелая, и поддать он мог вполне ощутимо. Но ни разу он никого из нас не ударил просто так, от раздражения или от злости. Мы считали его справедливым.

Конечно, они говорили о политике. Я запомнил этот разговор, как и сотню других разговоров Моргота, - мы всегда прислушивались, о чем он говорит. Лежа под одеялом, я старался не закрывать уха и одним глазом смотрел на них обоих: Макс сидел ко мне лицом, а Моргот - вполоборота.

- Ну как, сколько военных баз противника Сопротивлению удалось уничтожить за последний месяц? - усмехнулся Моргот, глубоко затягиваясь новой сигаретой.

- Знаешь, все это вовсе не смешно, - ответил Макс.

- А почему, собственно, мне не посмеяться? - с вызовом спросил Моргот.

- Иногда я поражаюсь твоему цинизму. Ты до сих пор считаешь, что тебя все это не касается?

- Нисколько не касается. Мне хорошо во все времена и в любом месте, - Моргот поменял местами скрещенные ноги.

- Ты сам не веришь в то, что говоришь.

- Ты так думаешь?

- Я в этом не сомневаюсь, - процедил Макс. - Послушай, когда всех твоих накрыло бомбой, когда тебе нечего было хоронить, ты тоже так думал? Ты тоже нес эту ерунду про все времена?

- Оставь, - Моргот поморщился. - «Бокалы пеним дружно мы и девы-розы пьем дыханье…» Я - жив, понимаешь? И этого достаточно, чтобы жить дальше, только и всего. Или я, по-твоему, должен разбить башку о могильные камни?

- Ты хочешь казаться хуже, чем есть на самом деле.

- Я такой, какой я есть! - фыркнул Моргот. - Нравится тебе это или не нравится. И я не хочу принимать участие в твоих делах не потому, что они меня пугают, а потому, что ты занимаешься ерундой, играешь в войнушку. Вы ничего не добьетесь, вы ничего не можете сделать! Все это полная чушь, разговоры и напрасная трата времени! Чем-то напоминает кнопку на стуле учителя. Конечно, учителю неприятно, но он останется учителем.