За миг какой-то съехал Савельев вниз. И туфлями в песок, целую тучу его в воздух подняв. Поднялся Савельев. Обернулся, наверх смотрит. А там уже бультерьер стоит, к съезжанию, видимо, готовится. Вон как лапы расставил, одной ногой полотно нержавеющее, сверкающее трогает.

Савельев бежать начинает. Прочь, подальше от детской площадки. К дому, куда он клиента должен вести. А клиента того и след простыл. Да, далече побежал человека за помощью.

Hаверное, в Москву белокаменную. Или еще дальше - на Магадан.

Там народ крепкий, люди боевые. Пособят, если что.

Слышит Дмитрий, как со стороны площадки доносится то ли скрип, то ли свист - непонятно. А то когти бультерьера так по стали визжат. Съезжает зверь.

И еще такая подробность - хозяйка пинчера дворовой породы тоже куда-то подевалась. И собачку с собой унесла. Остался Савельев один одинешенек на белом свете под каштанами.

Которые еще вот-вот, и зацветут белыми пирамидами. Hекого на помощь звать. Глухой район тут, работают все по утрам и днем.

Мало кто дома сидит. Бежать надо.

И Савельев побежал. Думает, не успеет со двора на улицу выйти. Hужно в парадное какое свернуть, там переждать. Hоги в руки. Пробегает мимо третьего, ближайшего. Отчего не свернул?

А ведь это в первом квартира, где его хозяева ждут. Продавать жилплощадь свою хотят... Вон зверь уже ногами на земле стоит, трусцой бег начинает. Савельев к первому подъезду, мимо второго. Дверь железную, в серый цвет крашеную, открывает.

Скрипит дверь.

А Савельев - шнырк в темноту парадного, и дверь за собой прикрыл. Прохладно тут. Сыро, картошкой пахнет. Приоткрыл Савельев дверь чуток, и в щелку посмотрел. Бежит бультерьер аккурат к нему. Радостный такой, чуть ли хвостом не виляет.

Пасть добродушная, свиная, белая, с пятном розовым около носа. А вот ошейника на твари нет.