Хайлине иногда упоминала о своих утраченных способностях. Временами ей доставляло удовольствие рассказывать некоторым знакомым о себе вещи, которыми, как правило, не очень-то делятся. Среди ее друзей был один молодой человек, считавший себя специалистом в области паронормального. Он не всегда оставался молодым человеком, год за годом все дальше уходя от этого определения, но его интерес к аномалиям продолжал жить вместе с ним. Этот товарищ относился к рассказам Хайлине как к чему-то обычному . да, в детстве такое часто бывает. Hа то оно и детство, а скажи, где все это сейчас? Меньше нужно было бегать за мальчиками? А с какого они тут боку, казалось бы?

Hаверное, мальчики тут были все-таки ни при чем. Хайлине растеряла свою паронормальность еще до них, лет b двенадцать.

Мужчины ущербны хотя бы тем, что подлежат мобилизации. Они . еда государства. Время от времени государство начинает испытывать голод и, подыскав себе компанию из близких соседей, призывает своих защитников, чтобы сообща их откушать. А то и вовсе съедает их в одиночку.

Женщин это все касается меньше.

Знакомых Хайлине это касалось весьма непосредственно. Процесс продолжал развиваться, пошли бои в пограничных районах, мужчины стали исчезать и, как подсказывало будущее, не всем из них предстояло вернуться, и никому . вернутся таким, каким он уходил. Любители паронормальных явлений оказались защищены не более прочих.

Бомбежки понемногу приближались к тылам. Hекогда родителям Хайлине представилась возможность приобрести дом в сельской местности. Теперь туда можно было перевезти часть наиболее ценного . на случай, если там оно будет целее.

Жила она по-прежнему в городе. Куда денешься, если в городе работа, с которой никто тебя не отпустит? Куда денешься и, главное, на что потом будешь жить?