Только в прошлом месяце он сопровождал сюда лорда Льюксона для встречи с мистером Адамсом, архитектором, который пытался уговорить его хозяина продать дом на Берд-Кейдж-Уолк и вместо него построить дом здесь, на Беркли-сквер. Но тогда тут не было ни единого дерева, и Лэндсдоун-Хауз только начинали строить! И тут Дегтярника осенило. Он с самого начала понял, почему этот Лондон был ему одновременно и другом и чужаком — но не хотел в это верить.

— Я погиб! — воскликнул Дегтярник. — Машина забросила меня в будущее! Как я вернусь домой?

Его удивило, что на него началась охота, в его время на такое никто не решился бы. Увидев двух человек в той же форме, что и на преследователях на Оксфорд-стрит, он нырнул прямо к их ногам и, схватив за коленки, повалил друг на друга. Они еще не поднялись, а Дегтярник уже вспрыгнул на коня и помчался прочь. Полисмены кинулись к патрульной машине и стали вызывать по радио подмогу.

У Дегтярника колотилось сердце. Эти коротко стриженные солдаты в безобразной синей форме явно не собирались прекращать погоню. Он был лисицей, и его преследовала куча гончих. Со всех сторон гудели сирены. Вертолет изменил курс и приближался к нему. Каким образом?! Как они это делают, как солдаты могут дать друг другу сигнал на таком большом расстоянии?..

Он должен найти дорогу назад к своему старому притону, найти убежище в соборе Святого Павла в Ковент-Гарден. Надо избегать главных дорог, где можно стать легкой добычей для летучего чудовища. Ему нужно двигаться на юг, к Грин-парк, а потом на восток к Лейстер-сквер, старательно избегая Пиккадилли.

Но когда Дегтярник повернул на Доувр-стрит, ему навстречу опять выехала карета без лошадей. На крыше кареты мигали синие огни, и сирена выла так громко, что было больно ушам. Карета на страшной скорости неслась прямо на него. Дегтярник сильно натянул вожжи, лошадь встала на дыбы. Обернувшись, всадник увидел еще две полицейские машины, которые двигались к нему со стороны Лейстер-сквер. Тогда он полетел к Албермэрл-стрит, но, испугавшись, что попадет в ловушку на Пиккадилли, где его будет хорошо видно, резко остановился и свернул на Бонд-стрит. Лондон был одет в другие, яркие одежды, но, однако, скелет его остался тем же. Дегтярник хорошо знал эти улицы. Он дерзко мчался вперед, но спустя мгновение, даже не оборачиваясь, понял, что преследователи уже рядом.