- Было дело. - согласился Игорь. - Hо мы, кажется, не представлены - как же вы узнали меня?

- О, сущие пустяки для мага, пусть даже не столь великого, как Даунгрейд. Кстати, Олег сейчас направляется сюда. Сам того не ведая.

Сказав эти слова, Павел развернулся и широким шагом направился вглубь оазиса, туда, где меж вековыми стволами просвечивала поляна.

Посередине поляны стоял мощный дубовый стол, застланный льняной скатертью. Hа скатерти вытканы были символы псевдографики в кодировке ГОСТа. Hа столе лежали череп, шахматная доска, утыканная зубами, и большое фарфоровое блюдо с наливным яблоком и надбитым краем.

Череп принадлежал то ли лошади, то ли, вернее всего, ослу. Зубы, по всей видимости, тоже - на них написаны были буквы, как на клавишах пишущей машинки. Серебряной цепочкой доска была прикована к черепу, другая такая же цепочка вела из глазницы к блюду.

- А это что за еще? - спросил Игорь, указывая на стол.

- Компьютер. - вздохнул Павел.- Марахайка, конечно. Вот это - клавиатура, а в черепушке - системный блок. Тормозит, как сущий ишак - почище "икстишки". Хоть бы "трешку" сделать... Hе видел ли ты поблизости Змея Горыныча?

- Да был один... - уклончиво отозвался Игорь. - А это?

- Монитор, разумеется. - ответил Павел, катая яблоко по тарелке. И даже мышка имеется. Эй, Рекс!

Из черепа выкатился пушистый серый комочек.

- И ты хочешь сказать, что эта штука работает? Как? Да тут ни одного диода нету! - не поверил Игорь.

- Эх, дорогой мой...- протянул Павел.- В этом безумном мире никто не знает, как работает его детище. Хоть бы всегда понять, ч т о оно делает!

- А теперь посмотрим, что там с Олегом. - сказал Павел чуть озабоченно. Он щелкнул зубом клавиатуры, и яблочко разгорелось изнутри ровным розоватым светом, а на дне блюдечка засветились, сменяя друг друга, трехзначные числа - "марахайка" отсчитывала килобайты.