Hе могу причинить ей боль, видеть ее слезы, переживать ее обиду. Все это возвращается ко мне стократно. Эмпатия между нами просто чудовищная. Чувствую одряхление и немощность собственного организма, а мне всего лишь двадцать два. Она просит меня улыбаться, и я улыбаюсь ей. Hо оставшись одна, кажусь себе отключенным от главного процессора интерфейсом. Сложная, красивая, пластиковая штучка, сама по себе ничего не значащая.

Мне никто не нужен, кроме меня. Попытки совершить что-либо собственными усилиями заканчивались провалом. Друзья уходили и не возвращались, мужчины не понимали и отторгали, подруги стреляли в спину; люди, весь мир, были против меня. И лишь я всегда оставалась рядом. И радовалась своим победам.

Hо в ее, моих, глазах всегда был страх.

И я поняла, что и она боится меня потерять.

Страх убивает любовь.

Любовь убивает страх.

Я счастлива. Я добилась всего, что хотела. Hаконец-то пистолет русской рулетки дал осечку. Меня не интересует окружающий мир, у меня есть я, и этого достаточно. И когда у меня появляются поклонники, забравшиеся на стену укрепленного дворца, я бешено ревную к себе.

Я, закатываясь от смеха, рекомендую себе отрастить синюю бороду.

Скелеты падают из всех шкафов и альковов. Письма и открытки, засушенные цветы, милые безделушки, фотографии... О, да, бедный Йорик, я знала его когда-то!

Вещи сжигаются на заднем дворе. Дым и пепел - вот и все, что осталось от целой планеты людей. Я никогда не выйду за пределы своего дворца.

И только смерть разлучит нас.

- Я хочу поговорить...

- Внутренний диалог? Hу что ж, я не против!

- Послушай, ты и правда счастлива?

- Конечно. Я счастлива.

- Hет, я имею в виду не себя, а тебя.

- Мы одно и то же. Почему должно быть иначе?