Петька посмотрел вверх:

- Погода замечательная.

- Лето, - сказал Женька, - это праздник, которого не замечаешь, пока он не останется за спиной.

- Чего ты говоришь? Не понимаю.

- И не поймешь никогда! Ты оперируешь другими цветами жизни.

- Оперируют хирурги. Они отрезают руки-ноги и вспарывают животы. У меня дядя нейрохирург. Некоторым мудакам он отрезал по полмозга и это совсем на них не отразилось. Совершенно не было заметно, что у них не хватает.

- Это доказывает, что ресурсы человеческого мозга задействованы только на десять-пятнадцать процентов.

- Точно, - Петя посмотрел вперед. - Я предлагал дяде пересадить для смеха кому-нибудь мозги от барана. Не у всех бы это было заметно.

Друзья вышли к площади перед станцией метро "Сокол" и встали у остановки двадцать третьего трамвая.

- Эти рельсы приведут нас в неизвестное, - сказал Женька отвлеченно.

- Чего там неизвестного? Все известно - остановка "Площадь Марины Расковой", потом "Аптека", потом "Академия", потом "Аэропорт" потом "ЦСКА", потом "Аэровокзал" и так далее до "Ипподрома".

Женька посмотрел на друга свысока, хотя был ниже.

- Некоторые идут трамвайными путями, а другие выбирают свободу и волю.

Подошел трамвай. Двери раскрылись, из вагона посыпались люди.

- Посмотри на них! - не унимался Женька, отойдя в сторону, чтобы его не сшибли. - Стадо баранов спускается на землю!

- Ага. Я ж говорил! - Петька помог старушке вытащить сумку на колесах и поставил ее на асфальт. - Кирпичи перевозим, бабуля?

Бабушка заулыбалась двузубым ртом.

- Кирпячи, а чаво ж ишо перевозить-то? Оградку строить на могилке.

- Себе что ли? - пошутил Петька.

Бабушка отмахнулась:

- Тьфу на тебя, фулиган!

Женька и Петька зашли в заднюю дверь. Петька кинул в кассу две копейки и оторвал два билета.