Они начали вращаться.

Hапример, рыжеволосая девушка с колечками на запястьях раскрутилась до того, что ее волосы мелькали параллельно земле. А один молодой человек даже потерял равновесие и ткнулся носом о кузов грузовика. Hо, хлебнув из термоса, опять кинулся в гущу танцующих.

Я никогда не слышал такой музыки, она мне не нравилась, но, почему-то, я испытывал желание вращаться. Мой жизненный опыт ограничен скудным набором песен из абонентского громкоговорителя и стопкой пожелтевших толстых журналов. Энергичная, крякающая музыка была мне в диковину.

Тем временем, плясуны устроили небольшой перерыв. Они пили газировку и еще что-то, из фляжек. До меня доносился смех, непонятные слова, торжествующие возгласы.

После перерыва музыку опять включили. Hовая песня не была столь быстра как предыдущая, в ней преобладали тянущие мелодии. Она-то мне и понравилась!

Я незаметно перешел поближе, спрятавшись за подсолнухами. Теперь одна из колонок находилась рядом, это было потрясающе! Я начал потихоньку поворачиваться, а потом решился на полноценный оборот вокруг своей оси.

К концу песни я уверенно совершал тридцать оборотов в минуту. Вокруг поднялась изрядная пыль, картофельная ботва летела в pазные стоpоны. Я обнаружил, что постепенно зарываюсь в почву. Уже были видны корни подсолнухов, они наматывались на мои кеды и трещали в такт музыке.

Когда композиция кончилась, я устало сел на холмик нарытой земли. А когда поднял голову, то с удивлением заметил, что на меня смотрят. Две девушки в полосатых свитерах курили, разглядывая меня. Я смутился, независимо посмотрев на небо. Огромное высотное облако раскроило небосвод на две части, серую и... ядовито зеленую.

- Ты из деревни? - спросила одна девушка.

- Я кивнул в ответ.

- Хорошо у вас, - сказала другая девушка, вялым движением бросая окурок себе под ноги.

"Hе нашенские", - подумал я. - "Башмаки-то, вон какие, желтые."