Почтальонки Анастасии Алексеевны всё ещё не было. Видно, и в самом деле она забегалась по личным делам.

— Евдокия Павловна, будем ответ писать. Теперь вы диктуйте.

— А чего диктовать-то? — спрашивает скромная Евдокия Павловна.

— Какая погода у вас.

— Сам видишь, какая погода. Никакой погоды, метель одна.

— Я так и напишу, — говорит Валерка. — "Дорогая Татьяна Семёновна, никакой погоды у нас нет, метель одна". Правильно?

— Правильно, — отвечает Евдокия Павловна.

— Ой, — сказал Валерка, бланк-то вам поздравительный достался. Значит адресата поздравить надо.

— С чем? — спрашивает Евдокия Павловна.

— С чем хотите. Хоть с хорошей погодой.

— Вот и поздравляй с погодой.

— "Никакой погоды у нас нет", — повторяет Валерка. — "Только метель одна. С чем вас и поздравляю". Правильно?

— Ты пишешь, тебе и видней, — дипломатично говорит Евдокия Павловна. А Татьяна Семёновна всё внимательно слушает, словно не про её погоду говорят.

— Опишите, что вы сейчас читаете. Художественную литературу.

— Стара я читать-то. Отчиталась уже. Я радио слушаю.

— Так и запишем, — говорит Валерка. — "Дорогая и задушевная моя подруга Татьяна Семёновна. Ты ко мне редко заходишь…" Редко она заходит?

— Совсем не заходит.

— "… Ты ко мне редко заходишь, так редко, что совсем не бываешь, и всё время слушаю радио и смотрю телевизор". Какой у вас телевизор?

— Никакого нет, — отвечает Евдокия Павловна.

— "Хотя у меня его вовсе нет!" — подхватывает Валерка. — "Так что приходи ко мне со своим телевизором". Так правильно?

— А где же он? — спрашивает Татьяна Семёновна. — Твой телевизор?

Тебе же зять Антон привозил из города.

— И Антон привозил, и Галка, сноха привозила, да не кажут они здесь. Больно слабые. К ним антенна нужна большая какая-то.