А к с и н ь я. Вокзал, грят, сгорел, званья ня сталось.

Д а р ь я. Батюшки. А у меня деверь в депе!..

А д я - Б а д я. Архирейский дом, сказывают, провалился. Быть беде.

А к с и н ь я. Утрысь все в собор анафемы пуляли.

П р о ш к а. Да уж скорее бы, как ни-как...

Д а р ь я. Ты все в дезертирах состоишь. Моли Бога, кадеты придут, какое ни на то, а облегченье будет.

З а д у й - З а п л ю й. Можа казенки откроют?

А к с и н ь я. Кто про што, а шелудивый про баню.

П р о ш к а. Жди от кошек лепешек, от собак пирогов.

А д я - Б а д я. Все по ветру пустят, быть беде.

Г о л о с а: Резать будут.

Воды бы запасти.

Горький час пришел.

Наказанье Господне.

На душе-то и боязно, и радостно.

З а д у й - З а п л ю й. Хлеб-от почем ноне стал, и все, чего ни коснись...

(По улице несутся Пашка Рябой, Курук и Андрюшка Горбыль.)

П а ш к а. Хлещиха в погребе задохнулась.

Г о л о с а: Угораздило...

Чорт с ней...

У меня на ней капусты полведра...

П р о ш к а. Откроет хозяин магазин - опять прикащиком буду.

З а д у й - З а п л ю й. Самый клей... прикащик гривну хозяину в ящик, полтинник за голянищу. Это дело не в пример лучше войны.

П а ш к а (Куруну). Ну пойдешь, говори?..

К у р у н. Я-я...

А н д р ю ш к а. Я-я... лежачей корове на хвост наступил...

К у р у н. Там стреляют, боюсь...

П а ш к а. Эх, баба.

А н д р ю ш к а. Белого пришьем, шпаллер и сармак себе.

П а ш к а. Оденемся. А сапожки достанем со скрипом, мягки - во: хоть за щеку клади.

К у р у н. А звенеть они будут?

П а ш к а. Оглушат: тень-дзень, тень-дзень. А девки за тобой табуном.

К у р у н. Ладно. Идемте.

П а ш к а. Уговор дороже денег, чур...

А к с и н ь я. Идут, батюшки!

(Все шарахаются. К перекрестку подходит вооруженный рабочий отряд. Обыватели возвращаются.)

Г о л о с а: Свои...