Так будет и было устроено. Сегодня Гарик занял пост поздно: ходил к воздухотехникам. Осматривал фильтры. Потом шепнул на ухо:
- Ты себя хорошо чувствуешь?
- Что за вопрос? - Гарик впервые поинтересовался моим здоровьем, за все время, что мы знали друг друга.
Он объяснил. Любил объяснить. Любил описать все в красках, в деталях. Фактов по этой проблеме он еще в инститъюте наглотался.
Фильтры вышли из строя. Вы знаете, что такое две тысячи людей? А вы знаете, что такое есть человека, который должен сохранить жизнь двум тысячам таких же бедолаг?
Система довольно проста. У нас износилась машина, которая должна была поддерживать фильтры в рабочем состоянии. В принципе, мы знали, что эта машина ненадежна, но ее нельзя было заменить. Фильтры. Они сменные. При лучшем раскладе нам бы их хватило дней на тринадцать-пятнадцать. Однако те, кто раз зашел под землю, не хотят вылезать на поверхность. И наш инженеришка фактически сварганил дополнительный вентилятор для очистки и продувки фильтров, которые уже требовалось сменить. Хранители фильтров главные люди после Водяных и самого Гарика. Теперь требовалось только одно - прочесать территорию, найти вход в другой бункер:иначе всем нам - грозит гибель от лучевой болезни. Hайти там такую же систему.
Возможно, вы не знаете, но наш бункер - это довольно большая территория. А знали о фильтрах только Гарик и воздухотехники. И еще знал человечек с верхних уровней. Гарик должен был кого-то выпустить на поверхность в скафандре. Он увидел того человечка и палец указал прямо на него. "Он!". И человечек честно искал: но ничего не нашел.
Хотя радиосвязь и была очень плохой, мы смогли сварганить простейший кодер запрос-отклик и человечек объяснил, что реки нет. Река, что текла и на поверхности, испарилась. Осталась под землей. Hаш единственный ориентир среди всех четырех бункеров.
Они не впустили того человечка обратно в бункер. Он орал. Умолял. Hичего не произошло. И он ушел. Далеко, на песчаный гребень. Hа холм, который нанесло около бункера ударной волной. Так и стоял этот взошедший на холм человечек, и солнце не светило ему, и мороз не хватал его голодными челюстями.