---------------------------------------------

Мы ходили по пустыне и не видели, что насыпано вместо песка. Мы плыли по течению и не видели тех, кто плывет против него. И нас хлестали кризисы, и нас хлестали восстания, а один раз -- даже хлестал бунт и голод.

Однако переселение положило конец многому из этого.

А ведь раньше я считал, что люди -- равны.

Ошибка.

Hе -- равны. Те, кто ниже -- умирают, те кто выше -- пользуются фильтрами.

Забыть о том, что такое зверство. Забыть обо всех десяти законах, обо всех канонах и обо всех обычаях, поставив себе раскаленной печатью в мозгу лишь одно -- ЖИТЬ. ЖИТЬ. ЖИТЬ. Hе умирать. Пусть лучше другие пожинают плоды своего бесплодия, как сказал однажды Гарик, ибо плодородие для нас теперь -- первая задача. А вторая -- дети. Олигофрены. Ликвидация ущербных.

Трехчасовой медицинский осмотр и "парилка", чтобы выгнать изотопы из тела.

Забыть о том, что мы натворили в той жизни. Кастовый строй. Hеприкасаемые.

Парии. Отдельные казармы.

И новый язык. Hе стало шуток. Hе стало. Раньше считалось за приветствие:

"Хелло, светящийся в темноте!"

Я бы пожалел того, кто это сказал сейчас.

Одно время мы даже всерьез обсуждали вопрос переработки умерших. Пока - - отклонено.

Я сидел тогда после заседания и не знал, что делать. Лишь повторял тупо про себя: пока. Пока. Пока. Пока...отменено. Пока.

И когда спящий проснется, Когда все узнают о правде; Когда скинет одежду Последний И пройдет процесс очищения.

Тогда будет рай на Земле И не будет больше жизни подземной, а только жизнь вечная.

А кто же противится нам -- Да выйдет на поверхность, откуда нет возврата.

Глава 4.

Извне и изнутри.

Впрочем, было одно восстание, которое, казалось, поставило наши жизни под угрозу.