- Можно, - сказал мальчик. - Только этот танк наш.

- Чей - ваш? - спросил он.

- Ребят нашего двора, - сказал мальчишка.

Они снова помолчали.

- Вы ещё долго будете здесь сидеть? - спросил мальчишка.

- Скоро уйду. - Он посмотрел на часы. - Через час уезжаю из вашего города.

- Смотрите-ка, дождь пошёл, - сказал мальчишка.

- Ну, давай заползай сюда и закрывай люк. Дождь переждём, и я уйду.

Хорошо, что пошёл дождь, а то пришлось бы уйти. А он ещё не мог уйти, что-то его держало в этом танке.

Мальчишка кое-как примостился рядом с ним. Они сидели совсем близко друг от друга, и было как-то удивительно и неожиданно это соседство. Он даже чувствовал дыхание мальчишки и каждый раз, когда он подымал глаза, видел, как стремительно отворачивался его сосед.

- Вообще-то старые, фронтовые танки - это моя слабость, - сказал он.

- Этот танк - хорошая вещь. - Мальчишка со знанием дела похлопал ладонью по броне. - Говорят, он освобождал наш город.

- Мой отец был танкистом на войне, - сказал он.

- А теперь? - спросил мальчишка.

- А теперь его нет, - ответил он. - Не вернулся с фронта. В сорок третьем пропал без вести.

В танке было почти темно. Через узенькую смотровую щель пробивалась тоненькая полоска, а тут ещё небо затянуло грозовой тучей, и совсем потемнело.

- А как это - "пропал без вести"? - спросил мальчик.

- Пропал без вести, значит, ушёл, к примеру, в разведку в тыл врага и не вернулся. И неизвестно, как он погиб.

- Неужели даже это нельзя узнать? - удивился мальчик. - Ведь он там был не один.

- Иногда не удаётся, - сказал он. - А танкисты смелые ребята. Вот сидел, к примеру, тут какой-нибудь парень во время боя: свету всего ничего, весь мир видишь только через эту щель. А вражеские снаряды бьют по броне. Видал, какие выбоины! От удара этих снарядов по танку голова могла лопнуть.

Где-то в небе ударил гром, и танк глухо зазвенел. Мальчишка вздрогнул.