
Это правило распространяется не только на тривиальные, бытовые ситуации, но и на более интенсивные переживания триумфа или катастрофы. Исследователи из штата Иллинойс, изучив победителей местной лотереи, обнаружили, что практически у всех эйфория от крупного выигрыша в конце концов улетучивалась, сменяясь обычным состоянием равновесия. Другие исследования показали, что даже те, кто стал жертвой таких несчастий, как рак, слепота или паралич, рано или поздно возвращаются к своему нормальному, привычному мироощущению.
Итак, если для каждого из нас существует некий базовый уровень счастья, который не зависит от внешних обстоятельств, чем же этот уровень определяется? И, что более важно, можно ли его изменить, в частности повысить? Некоторые исследователи утверждают, что индивидуальный уровень счастья задан генетически, по крайней мере до некоторой степени. Исследования показывают, что у однояйцовых близнецов уровни счастья обычно совпадают независимо от того, как они воспитывались — вместе или порознь. Это позволяет сделать вывод, что уровень счастья задан биологически, и его значение записывается в мозг при рождении.
И все же, хотя наше мироощущение во многом задано на генетическом уровне — степень этого влияния ученым еще предстоит определить, — большинство психологов разделяют мнение о том, что независимо от того, сколько счастья отпущено нам природой, каждый из нас может предпринимать некоторые сознательные шаги по его достижению. Очевидно, что счастье или несчастье во многом определяются нашим мироощущением и зависят от того, как мы сами воспринимаем ту или иную ситуацию и насколько мы удовлетворены тем, что имеем.
