Его Святейшество часто называл Серконга Ринпоче своим советником и «первым заместителем» — за то, что именно Ринпоче доводил его точку зрения по различным вопросам до сведения монастырей и общественности. Это происходило благодаря тому, что Ринпоче был искусным дипломатом в решении как религиозных, так и мирских задач. Он часто посредничал при разрешении локальных споров и разногласий и давал рекомендации офису Его Святейшества по вопросам протокола в тех областях, с которыми был знаком. Теплое чувство юмора еще более усиливало его дипломатические способности. Люди любили рассказывать ему забавные истории не только потому, что он сам любил посмеяться над ними, но также и потому, что он потом очень хорошо пересказывал их другим. Все его тело сотрясалось от смеха, что передавалось каждому, кто на ходился рядом с ним. Это сочетание практичной мудрости и здорового чувства юмора способствовало тому, что все, кого он встречал, проникались к нему неподдельными любовью и уважением.

Ринпоче содействовал воссозданию в Индии многих мужских и женских монастырей, которые были разрушены в Тибете во время китайского вторжения. Он делал это, передавая различные посвящения и учения ламам и монахам, с тем чтобы они могли возобновить свои традиционные ритуалы. Особенно это касалось монастырей двух государственных оракулов: Нечунга и Гадонга, с которыми он поддерживал очень близкие отношения в течение всей своей жизни. Если Ринпоче служил главным земным советником Его Святейшества, государственные оракулы традиционно были консультантами Далай-ламы относительно всего, что можно отнести к разряду «сверхъестественного». Они разговаривали с ним через медиума, вошедшего в транс. Ринпоче отвечал за духовное обучение медиумов, чтобы они могли стать чистыми проводниками высшей мудрости.

Ринпоче никогда не пугался трудностей, если дело касалось получения или передачи учений Будды.