Но недолгой была его радость.

Утром Данир подошел к пленным, которые строили новый город, и обратился к ним с такими словами:

— Чем лучше вы будете работать, тем скорее вернетесь к себе на родину... Я тоже буду работать вместе с вами. Я, как и вы, хочу пораньше увидеть отца и мать...

Тут один из пленных громко заплакал. Данир повернулся к нему:

— Что случилось? — спросил он.

Пленный поднял на него глаза, которые успел смочить слюной:

— Убей меня, о великий вождь, убей и зарой мои кости здесь, на месте будущего города,— причитал он.— Да пошлет судьба на него благодать, пусть он растет и ширится из года в год...

Данир покачал головой:

— Наш город вырастет и без человеческой жертвы. Но почему ты, воин черного полчища, торопишься умереть? Кто ты?

— Я — бывший начальник сотни Кара-Могез... Мне теперь уж все равно.

— Разве тебе не хочется вернуться на родину и увидеться с близкими?

— У меня никого нет...

— Где же твои родные?

— На моей родине — Долине света — было страшное землетрясение. В один день я потерял всех своих близких. (Кара-Могез слышал о землетрясении в Долине света, но родом он был из других мест).

— Ты говоришь, Долина света? Страна, что лежит у горы Алпан в трех днях пути к востоку отсюда? Так это же моя родина! — воскликнул Данир.

— Чей же ты сын, о великий вождь? — спросил Кара-Могез.

— Я сын Азата Мергена и девушки-лани... Кара-Могез опустил голову.

— Ты знаешь их? — спросил Данир.

— Я знал их,— ответил он,— но весь народ Долины света погиб во время землетрясения.

Ясный день померк в глазах Данира, словно тяжелая мрачная туча заволокла небо... Значит, нет у него ни родины, ни отца, ни матери...

Ночью, когда все уснули, Данир заплакал горючими слезами. Старая Алмазбану не спала. Она подошла к Даниру, притянула к себе его голову, поцеловала в мокрые глаза и сказала: