Итак, перед лицом сохраняющейся китайской военной угрозы и в условиях отсутствия поддержки со стороны России или Британии Тибет обратился к Японии с просьбой о модернизации тибетской армии. Особенно заинтересован был в установлении тесных отношений с Японией фаворит Далай-ламы Царонг, возглавлявший монетный двор и государственный арсенал Тибета.

В Лхасу прибыл японский офицер, участник Русско-японской войны Ядзима Ясудзиро. С 1913 по 1919 г. он обучал тибетские войска и исполнял обязанности военного советника по обороне от Китая. Японский буддийский монах Аоки Бунке переводил на тибетский язык японские военные руководства. Он также участвовал в создании государственного флага Тибета, добавив к традиционным тибетским символам изображение окруженного лучами восходящего солнца. Этот сюжет присутствовал в тогдашнем знамени японской кавалерии и пехоты, а позднее, во время Второй мировой войны, стал основой флага японского военноморского флота и вооруженных сил.

Знамя вооруженных Государственный сил Японии

Государственный флаг Тибета

Однако Далай-ламе не удалось обеспечить дальнейшую японскую военную помощь. В 1919 г. японские войска увязли в подавлении движения за независимость Кореи, захваченной Японией в 1910 г. Затем, в 20-е годы, интересы Японии переключились на Маньчжурию и Монголию, а Тибет оставался предметом внимания лишь для ученых-буддологов. Последний японец покинул Тибет в 1923 г., когда великое землетрясение Канто разрушило Токио и Иокогаму.

В следующем году в Лхасе появилась британская полиция. Между тибетскими военными и полицией произошла стычка, в результате которой один полицейский был убит.