В ряде случаев фанатики насильно обращали других в свою религию, что было крайним средством, лишь иногда разрешённым официально. Так, насильное обращение врагов помогает прекратить причиняемые ими разрушения. Кроме того, предположительно, это метод ведения «грешников» в рай и их спасение от падения в ад. Те же цели у программ реабилитации заключённых: помочь им стать полезными членами западного общества или, в случае коммунистических государств, – членами партии. Также можно описать и действия некоторых правительств, направленные на распространение коммунизма, капитализма и даже демократии: как примеры принудительного обращения, чтобы положить конец эксплуатации.

Многие люди, особенно идеалистически настроенные новички в буддизме, хотели бы верить, что для буддизма никогда не было свойственно обращать в свою веру, тем более принудительно. Деля мир на добро и зло и представляя инквизицию, жестоких миссионеров и обращение мечом, они полагают, что только «плохая сторона» насильственно обращала в свою веру. Однако прежде чем самоуверенно осуждать другие религии или правительства за то, что происходило в тёмные периоды их истории, необходимо объективно проанализировать, не прибегал ли и буддизм к принудительному обращению. Иначе отчаянное стремление к безупречной религии и романтическое отождествление рая Шангри-Ла, например, с Тибетом, может обернуться разочарованием и унынием – чувствами, которые можно испытать, узнав о преступлениях учителя, которого считали буддой.

Свидетельства из истории Тибета

В целом верно то, что буддизм – религия, которая не вербует приверженцев. Также справедливо, что ни в тибетской, ни в монгольской истории не было массовых обращений завоёванных народов в буддизм или в одно из его течений.