Поэтому, скорее всего, монгольский правитель Хубилай-хан принял в XIII веке н.э. традицию сакья тибетского буддизма не из-за логического превосходства её философских взглядов. Его дед Чингисхан призывал служителей китайского буддизма, даосизма и несторианства в свои военные лагеря, чтобы те совершали для него ритуалы долгой жизни и побед. Несмотря на это, Чингисхан был убит в битве с тангутами. Этот народ, проживавший на территории между Монголией и Тибетом, как считается, обладал сверхъестественными силами благодаря опоре на защитника тибетского буддизма Махакалу. Библейским эквивалентом было бы объяснение военного успеха тем, что Бог был на стороне победителей. Наиболее политически подходящим течением буддизма, способным наделить Хубилай-хана секретным оружием могущества Махакалы, были последователи школы сакья.

Необходимо понимать картину религиозных обращений, описанную в литературе по Калачакре, с точки зрения традиционных состязаний в логике и сверхъестественных способностях. В странах, которые находились под влиянием индийской цивилизации, религия должна была доказывать, что она обладает высшей истинной, посредством победы в состязаниях в одной или обеих областях. Нельзя было просто догматично заявить о превосходстве своей религии и заставить других принять её под угрозой пыток на дыбе или смерти.

Обращение «ради блага других»

Хотя брахманы Шамбалы, благодаря сверхъестественной силе и логическим доводам Калки, убедились, что необходимо получить уполномочивающее посвящение , – всё же на самом деле состязания не было, и вопрос, согласились они добровольно или их заставили, остаётся спорным. В конце концов, они собрались для получения уполномочивающего посвящения не по своей инициативе: их призвал царь, и они были вынуждены слушать его доводы «ради своего же блага». Однако все принудительные обращения совершаются якобы на благо обращаемых. И объяснения, подобные приведённым вторым Калки в комментариях к работе его отца: «Калки понимал, что брахманы достаточно зрелы для образования единой касты», – могут быть использованы лидерами любой религии или политико-экономической системы для обоснования принудительного обращения.