because I have about thirty thousand pages of my manuscripts, things I have written and translated, and I don’t want them thrown in the garbage when I die.

В общем и в целом, ситуация моя такова: на сегодня у меня накопилось более тридцати тысяч страниц текста моих переводов, моих работ, авторских работ, и я не хочу, чтобы, когда я покину этот мир, всё это пошло в мусорную корзину.

And I’m having it translated into other languages as well: Russian, Mongolian, German, etc., and soon they will be online as well.

И параллельно происходят процессы перевода этих работ, этих трудов на различные языки: на монгольский, на русский, на немецкий и на другие языки. И по мере их готовности всё это будет как-то передаваться в национальную библиотеку, в архив.

So, that’s what I do and what I’ve done;

Вот вкратце, что я делаю и что я делал.

I suppose it’s not terribly typical of how Western people get involved with Buddhism and how their life unfolds.

И мне кажется, что это скорее нетипично, чем типично в качестве жизненного пути человека, который решил заняться буддизмом, скорее это исключение, нежели правило.

But I’ve always seen my position as that of a bridge.

Но я каким-то образом всегда рассматривал свою жизненную позицию как функцию некоего моста.

In order to be a bridge you have to have two foundations, one on each side of the river or whatever it is the bridge is going over.

Для того чтобы служить надежным мостом, прежде всего вам необходимы как минимум две опоры, каждая из которых будет стоять на соответствующем берегу, которые мост пытается связать.

So I had one foundation in the West and I was able to travel to so many countries all over the world, so I got to know the different cultures that would be areas that people are interested in Buddhism – where they were wanting to have Buddhism come. So I have one foundation in the countries that I was going to,