Ане захотелось поймать ее, она кинулась вперед, но, промахнувшись, ткнулась носом в ковер. Подняв голову, она посмотрела на Катю, а та уже хохотала, уткнувшись в ковер. Сонька обернулась, посмотрела на девочек и как ни в чем не бывало продолжила свой путь.

— Наверно, этот коврик всю жизнь мечтал завести кого-нибудь в сказочное королевство через все препятствия, — размышляла вслух Катя, продвигаясь по утопающему ковру.

— Его мечты сбылись, в отличие от наших. Да когда же мы доберемся до этой проклятой стены? — взмолилась Аня и неожиданно наткнулась на пушистый бугорок.

Бугорок зашипел, и знакомый голос произнес:

— Ты что толкаешься? Я тут, понимаешь, жду их, чтоб предупредить, что коврик закончился, а она толкается.

И Аня почувствовала, как голос, вместе с бугорком, перенесся куда-то вперед. Она подняла голову и увидела край ковра. В двух шагах, на крепостной насыпи, сидела Сонька и облизывала свою шубку. Их разделяла полоска темной воды, опоясывающая стены замка. Аня села на ковер, провалившись по пояс. У нее не было сил не то что прыгнуть, даже шагу ступить. Да и как прыгать? Разбежаться нельзя. Бегая по колено в ковре, сразу нырнешь головой в болото. Катя, тяжело дыша, еле доползла до сестры. Перевернувшись на спину и скрестив руки на груди, прошептала.

— Все, здесь меня и похороните! — пошутила она и закрыла глаза.

— Посмотри, может, у тебя еще коврик есть?

Усевшись, Катя начала разбирать свои вещи.

— Нет, нету. Но есть вот что, — и она вытащила ручку-указку.

Подумав немного, Катя стала выдвигать ее. Сначала ручка стала походить на антенну от приемника, потом от машины, и Катя все выдвигала и выдвигала ее.