Сравнивая старые книги с современными, больше всего поражаешься полной перемене тона. Создается впечатление, что мы свято верим: никому еще не жилось так трудно, как нам. Неужели мы забыли, что Мартин Лютер и Жан Кальвин жили в те времена, когда не было еще ни радио, ни пенициллина, а средняя продолжительность жизни составляла всего тридцать лет? Что Джон Беньян создал свои величайшие творенья в тюрьме, а Джон Донн — на больничной койке в чумном карантине? Современные писатели — страдальцы? Нет. Они живут в уютных домах, работают в офисах с кондиционером, в их аптечке есть лекарства на все случаи жизни. Почему же они так негодуют на Бога?
Прочитав немало книг обозленных на Бога авторов, я задался вопросом: «А нужна ли новая книга о страдании?» Но после общения со страдающими людьми понял, что нужна.
Как ни странно, множество книг о страданиях совершенно чужды страждущим. Для человека, переживающего тяготы и невзгоды, проблема страданий — это не занимательная богословская задачка. Перед ними страдания предстают как насущный вопрос взаимоотношений.
Многие страдающие люди хотят любить Бога, но глаза им застят слезы, а их сердца переполнены обидой и горечью. Им кажется, что их предали. Как ни грустно это осознавать, но Церковь, вместо того чтобы нести утешение, нередко лишь усугубляет людские муки.
Пятнадцать лет назад я был еще молод и вряд ли имел право браться за решение столь непростого вопроса. Но уже тогда я адресовал книгу «Где Бог, когда я страдаю» именно смятенным и подавленным людям. Отклики читателей многому меня научили, и я решил переписать и расширить свой труд. Новое издание в какой–то мере отражает мой диалог с читателями, оно стало следующим шагом в моем духовном паломничестве.