– Ничего, – успокоил я Катю и брата, – ты профилируй ему челку, и все будет как на картинке. Видишь, на фотографии у мальчика пряди какие редкие, как у миттельшнауцера.
– Правильно! – обрадовалась Катя. – А потом феном уложим.
Она поработала над Лешкой какими-то особыми ножницами, и тот совсем уродцем стал.
– Инопланетянин! – не выдержав, засмеялся я.
Губы у Лешки искривились, а глаза подозрительно заблестели.
– Ничего, ничего, – успокоила его Катя. – Сейчас мы волосы феном поднимем. И будет все супер.
Однако после обработки феном Лешка совсем на Иванушку-дурачка стал похож.
– Да, – вынуждена была наконец признать Катя, – кажется, стрижка «Факел» не удалась.
Тут Катя схватила книгу, словно ее осенило, и стала быстро листать.
– Давай я тебе «Ирокез» сделаю, – предложила Катя Лешке, найдя нужную страницу. – Правда, гребень будет короткий. Но зато такую стрижку только самые крутые ребята носят, старшеклассники.
Лешка готов был на все, лишь бы его голова вновь обрела человеческий вид. Катя опять заработала ножницами.
– Это не ирокез, – сказал я, когда все было готово, – а какой – то дикобраз получился.
– А мне нравится, – не очень уверенно сказала Катя и погладила Лешку по голове. – Конечно, практики у меня еще маловато. Ну ничего, в следующий раз я вас лучше постригу.
– В какой такой следующий раз? – насторожился я.
– Когда у вас снова волосы вырастут, – ответила Катя.
Затем она посмотрела на часы и заторопилась:
– Ой, время-то уже три часа. Надо же сколько я с вами провозилась. Ладно, пока, Коржики! Выходите во двор гулять.
Покидав вещи в пакет и зажав книжку подмышкой, она убежала домой. А мы, посмотрели в зеркало, потом друг на друга, и решили в этот день гулять не ходить. Что-то не хотелось.
А когда пришла мама, то она сначала ничего не поняла и даже испугалась, а потом долго и очень громко смеялась, повторяя: «Ай да Катя!» На следующий день мама отвела нас обоих в парикмахерскую, и там потрясенный заведующий, тот самый дядька с бородой, привел нас с Лешкой в порядок. У меня прическа получилась очень короткая, спортивная, а Лешку он просто постриг наголо, и его все дразнили лысым.