Когда в Испании появились Мессершмитты Вf109, их было так мало, что летчики вынуждены были летать парами. Американцы прокомментировали такую тактику пословицей: «Когда у тебя есть лимон, самое лучшее, что можно сделать, — это лимонад». Командиры немецких истребительных подразделений так и поступили. Действуя парами согласно обстоятельствам, они пришли к выводу, что такой порядок построения истребителей в воздухе является более гибким, чем звено из трех самолетов. Бортовые радиостанции избавили пилотов от необходимости придерживаться в полете плотного строя. Поэтому все авиачасти преимущественно стали летать парами.
Пара состояла из самолетов командира и ведомого. Задачей последнего было постоянное прикрытие с хвоста истребителя ведущего. Две пары составляли новое звено из четырех машин. Оно имело относительную свободу в воздухе, не придерживаясь четкого порядка Такое построение союзники позднее стали называть «четыре пальца», вероятно потому, что самолеты в небе занимали позиции, подобные кончикам растопыренных пальцев ладони. Подобный строй позволял всем пилотам держать в поле зрения все окружающее пространство, чтобы предохранить себя от внезапной атаки противника. Другим преимуществом нового звена была его способность совершать быстрые перестроения.
В обычном боевом порядке резкое изменение направления полета вынуждало пилота, летящего по наименьшему радиусу разворота, снижать скорость, в то время как крайний летчик сильно увеличивал обороты двигателя, стараясь удержаться в строю. В результате разворот осуществлялся довольно медленно, чтобы сохранить целостность боевого порядка. В немецком звене, наоборот, все самолеты разворачивались в максимально возможном темпе, меняя направление полета на 90 градусов и ложась на новый курс в строю как бы зеркального отражения.