— Но Христос из ада нас достал, а мы сами в ад идем (Читатель! послушаемся о. Иоанна и, если стоим мы на широком пути, конец котораго «зрит на дно адово», повернем круто и усердно на путь узкий и тесный (евангельский).): идем безстрашно, закрыв глаза, чтоб не видеть света и чтоб скорее вринуться в него. Многие из нас безстрашно предаются всяким грехам и не думают исправляться, как будто Христос греху служитель и будто всех, даже нераскаянных, не изменившихся сердцем и делами грешников, введет в рай. Непостижимое жестокосердие и безчувствие владеет многими из нас. При страданиях и смерти Христа Спасителя вся тварь содрагалась от страха — земля тряслась, камни распались, мертвецы воскресали, а наши души не содрагаются от страха при виде страданий и смерти Богочеловека, при воспоминании о вечных и лютых мучениях, которым мы подверглись бы, если бы не пострадал и не умер за нас Господь. Наши сердца не распадаются, не размягчаются и не разстаются с маловерием, неверием, с жестокосердием, гордостию, злобою на ближняго, завистию его благополучию, с осуждением, чревоугодием, объедением и пьянством, скупостию, сребролюбием, плотскою нечистотою. Сколько таких людей, которые и в это священно-ужасное время не перестают работать диаволу и питать злобу на ближняго; завидуют друг другу; помышляют о сребренниках, о татьбе, о пьянстве, о нечистоте. Сколько есть таких, которые лишь только дождутся праздника, как тотчас напьются пьяны и предадутся разгулу и растлят храм тела своего, бывший, хотя на краткое время, Храмом Господа по принятии и вкушении святых Тайн тела и крови Господней! Но что я говорю — о празднике? Не видим ли мы еще до праздника, даже теперь, когда мы воспоминаем страдания Христовы за нас, — людей пьяных и предающихся распутству? Они — беззаконный народ, который ныне устами благословляет Христа, а завтра или сегодня будет хулить Его делами своими. О, неблагодарные, безчувственные, несмысленные, каменносердечные люди, которые сегодня как будто сострадают Христу и сораспинаются с Ним, а завтра или послезавтра будут распинать Его! Но доколе это будет с нами, братия? Доколе нам лицемерить? (Справедливо о.