– А тебя – хоббитом. На голове патлы состриги и на ноги наклей, как раз мохноногим заделаешься. – Ирка все еще сердилась.

Глаза Богдана в один момент налились злыми слезами.

– Да, хоббитом! – вызывающе выкрикнул он. – Взрослые, гады, как всегда – все классные роли расхватали, нам одни хоббиты и орки остались. Только я их все равно надул! Я буду хоббит не из Толкиена, а из Перумова, у того хоббиты хоть и мелкие, зато драчливые – кого хочешь порвут. – Богдан воровато оглянулся. – Главное, чтоб на игре никто не догадался, что я перумовский хоббит, а то ведь выгонят. Настоящие толкиенисты Перумова ненавидят. Если буду вести себя тихо, никаких драк – они и не дотумкают… – продолжал Богдан.

Ирка мученически возвела глаза к небу. И вот после таких рассуждений он еще утверждает, что нормальный?

– Короче, – закончил Богдан. – Пока я – там, ты здесь – ни-ни! Подружку свою… – он покосился на Ирку и злорадно закончил: – …пышнотелую, не слушай. На шабаш даже не суйся. Я занят, тебя охранять не могу. Ясно?

– Ясно, – покладисто кивнула Ирка. Правда все ясно. Богдан занят, он перумовским хоббитом работает. Под прикрытием. А Ирка должна у окошка сидеть, дожидаться. Надо будет почитать этого Перумова: у него все хоббиты наглые или Богдан один такой? Охранник выискался! Хотя… Если бы не Богдан, от Ирки разве что косточки и остались бы. Псам-ярчукам, охотникам на ведьм, как раз поглодать в свое удовольствие. Но это же не повод вот так распоряжаться!

Словно подслушав Иркины мысли, Богдан подозрительно покосился на девчонку.

– Помни, ты мне обещала! – грозно процедил он.

Да помнит она, помнит… что ничего не обещала. Ведьма должна быть точна в словах, это Ирка помнила. Вот потому фраза: «Я не полечу на шабаш» ни разу не сорвалась с губ. А если Богданчику угодно истолковать кивки и неопределенное хмыканье как обещание, то… То кто ж ему доктор?