«Да не будет расколота Сангха, — призывает Ашока. — Эта Община создана для монахов и монахинь, и пусть при моих сыновьях и внуках, пока будет светить солнце и луна, она сохраняется. Монаха и монахиню, которые будут раскалывать единство этой Общины, следует одеть в белую одежду и изгнать. Я желаю, чтобы Сангха и ее путь были долговечными».

Но сохранить целостность Общины было уже невозможно. Слишком изменились условия ее существования, ее состав и масштабы деятельности. Глубокие различия во мнениях стали очевидным фактом.

Покровительство царя привело к тому, что многие бихары, буддийские монастыри, стали богатеть. Понятно, что это вызвало протесты ригористов. Происходило нечто подобное тому, что случилось в средние века с францисканским орденом после смерти его основателя. Но буддизм уже давно перерос рамки иноческого братства. Приток новых членов вел к послаблениям. Антагонизм между двумя партиями стремительно возрастал, что имело огромные последствия и в недалеком будущем должно было расколоть буддизм на хинаяну и махаяну [

В сборнике монашеских песен «Терагатха» есть мрачные пророчества правоверных бхикшу о последствиях, которыми чреваты уступки приспособленцам.

Глупцы исказят учение, Что возвестил Учитель, В Сангхе будут говорить те, Кто лишены истинной добродетели, Те, кто следуют закону и уставу, Добродетельные в Сангхе,Те ничего не значат, никакой цены не имеют,Ибо для этого слишком скромны.

Элегия, оплакивая упадок ордена, обличает охлаждение веры среди бхикшу:

Они принимают серебро, золото, и поля, И земли для построек, а также овец и коз, Сверх того рабов и рабынь. Это принесет нам грядущее. Орденское одеяние, радость освобожденных, Святых, окрашенное в красный цвет знамя, Желтое одеяние — это им не по нраву. Они возлюбили белые одежды. Они будут любить лишь земные блага, Нерадивые, чья сила иссякла; Не влечет их тишина леса, Они станут жить по селеньям [


14 из 614