А если бы назвал – то спасся бы. И наоборот, когда человек, и самый великий грешник, называет Его Отцом, то он не может в тот момент не почувствовать своей греховности, смирения, почитания Бога и любви к Нему. И потому очень полезно и для великих грешников именовать Бога Отцом. Блудный сын, когда собирался грешить, и то называют Бога Отцом: "Отче! Дай мне следующую часть имения" (Лк. 15, 12). А в противоположность ему, старший сын, возвратившись с поля, когда Отец устроил пир покаявшемуся сыну, не вошел в дом: он осердился. А когда Отец вышел и "звал его" принять участие в радости, то этот мнимо хороший сын не почтил Отца не только своим послушанием, но даже и не назвал его Отцом, а грубо-гордо сказал в ответ Отцу: "Вот я столько лет служу Тебе, но Ты никогда не дал мне и козлёнка!" Не назвал его Отцом. И не мог. В тот момент у него была в душе вражда и злоба на брата и Отца. "А когда этот сын Твой, расточивший имение свое с блудницами, пришёл, Ты заколол для него откормленного телёнка". Да, когда мы не любим братьев, когда мы в злобе и гордости, вот тогда невозможно выговорить слово – Отец. Но и в тот момент Сам-то Бог остаётся нам Отцом и считает нас чадами. Смотрите, что сказал Отец старшему брату после такой сердитой речи его: "Сын мой! ты всегда со Мною; и все Моё – твоё". Да, мы плохи, но Бог всегда остаётся Богом Отцом и нам. Потому будем именовать Бога Отцом, хотя бы мы были великими грешниками, потому что это имя делает нас в тот момент лучшими, смиренными.

Припомню некоторые слова богоносных отцов древних и наших. У св. Исаака Сирского есть такие сильные слова об отеческой любви Бога к людям, что он их и мог выразить лишь в восклицании: "Ах, если бы люди знали, что Бог есть Любовь!" – Дальше не помню...

А из живших недавно подвижников (на Афонской горе), с которыми мне пришлось иметь переписку, один схимонах постоянно повторял эту главную мысль свою: "Как любит нас Бог!" У меня и сейчас есть некоторые письма его. (Он умер в 1939 году. ) Приведу из них несколько выписок.