Истинное отношение Бога к человеку есть отношение трансцендентно-имманентное; Бог в отношении мира и человека, как соучастника мира, есть Существо трансцендентное, воля которого налагается на жизнь извне, в форме закона, исправляющего, сдерживающего и организующего спонтанно-хаотические силы мира; и одновременно Бог, как Богочеловек, есть имманентное существо, извнутри объемлющее душу человека и внедряющееся в нее начало самой внутренней сущности жизни человека. Все формы общественной жизни, которые либо смешивают эти два порядка или слоя бытия, либо отрицают один из них, либо, наконец, вместо нераздельного двуединства полагают между ними абсолютное разъединение, онтологически ложны и потому внутренне несостоятельны, больны и бессильны. Современное сознание, утерявшее понимание религиозных основ общественности, совершенно беспомощно в уяснении как необходимости двуединства права и нравственности, так и истинного смысла и основания их различия; в особенности, когда нравственность понимается (как это обычно имеет место), как нравственный закон, оказывается совершенно непостижимым, почему собственно человеческая жизнь нормируется не одной, а двумя инстанциями, из которых одна разрешает то, что запрещает другая, причем обе одинаково авторитетны. Отсюда создается шаткое, неуверенное состояние нравственно-общественного сознания, и постоянные попытки прямолинейных умов смешать эти инстанции воедино или отрицать одну из них. Таково толстовство, отрицающее самостоятельное значение права и государства и в сущности возрождающее древнейшую ересь христианского анархизма, победоносно опровергнутую еще апостолом Павлом; таков социализм, приписывающий праву функции нравственности и потому возрождающий теократию, которая в силу безбожия и человекобожества, является здесь, как сатанократия. С другой стороны, современная секуляризованная демократия, основанная на антропократии и отделяющая церковь от государства на том