Итак, прочитав список, мама Наско Некалки призадумалась и сказала:

— Видишь ли, Наско… боюсь, что все ваши пожелания удовлетворить невозможно. У нас пока ещё нет учебных заведений, где бы обучали дрессировщиков, йогов и следопытов. Кроме того, по-моему, среди наших студентов нет ни одного метиса. Но я сделаю всё, что в моих силах.

Увы, в её силах было немногое. На следующий день она сообщила:

— Нам дают только одного студента. Кубинец, будущий астроном.

Это сообщение глубоко опечалило Федерацию. Как быть? Как разделить одного студента на тринадцать человек? Получается по 0, 077 на каждого.

Династронавты сидели в ракетном центре под развешанным на верёвках бельём и хмуро молчали. Потом Саша Кобальтовый Кулак встал и заявил:

— Кубинца забираю я, и точка!

Это заявление вызвало бурю негодования. Слово взял Полковник Димчо:

— По справедливости, кубинец должен достаться мне, — сказал он.

— У-у-у!

— Ну конечно! — убеждённо продолжал Димчо. — Он астроном — значит, почти астрофизик, а я тоже буду астрофизиком. Кроме того, — он немного замялся, но договорил, — я полковник.

— Подумаешь! — не сдавался Саша.

Оба ощетинились, готовые пустить в ход кулаки. Рони Дакалка бросил на них презрительный взгляд и, лениво подышав на стёкла своих очков, процедил сквозь зубы:

— Эй вы! Чуть что — в драку!

Потом, помолчав, не торопясь добавил:

— Я знаю, как сделать, чтобы кубинец достался каждому.

— Это невозможно! — мигом возразил Наско Некалка. — Не делить же его на тринадцать частей.

— Делить мы не станем, — терпеливо продолжал Рони. — Мы умножим… — Он снова помедлил, чтобы насладиться немым удивлением слушателей, и сказал: Если умножить день Первого мая на тринадцать, получится тринадцать дней. Верно? Таким образом у нас будет тринадцать праздничных обедов, и кубинец тринадцать дней подряд будет приходить в гости к каждому из нас по очереди.