Они были прочитаны всеми династронавтами, которые спозаранку, едва соскочив с постели, ринулись к почтовым ящикам за газетами. Первое сообщение гласило:
"Москва. Советское правительство направило президенту Южно-Африканской Республики Ч. Суарте послание, в котором говорится: "Господин президент, мы обращаемся к вам в связи с тревогой, охватившей людей доброй воли во всём мире, когда стало известно о смертном приговоре, вынесенном Нельсону Манделе, Зинакели Сисулу и Уисили Мини. Руководствуясь чувствами гуманности, мы просим вас от имени всего советского народа сделать всё необходимое для отмены смертного приговора указанным лицам и освобождения всех других участников движения за человеческие права…"
Второе сообщение гласило следующее:
"Гавана. Вчера неизвестный самолёт без опознавательных знаков совершил подлое нападение на долину Виньялес в области Пинар де Рио. Самолёт сбросил зажигательные бомбы, которые вызвали пожар на обширной площади сахарных плантаций, уничтоживший ряд строений в селении Вилахо Нуево, в том числе школу и детский сад. Женщины и дети оказались погребёнными под развалинами. Установлено, что пиратский налёт совершён с американской базы во Флориде. Фидель Кастро заявил, что бандиты дорого заплатят за это покушение…"
На первой же перемене династронавты собрались в физкультурном зале. У всех в руках газета. Даже у Кынчо! Все встревожены, возбуждены, вне себя от негодования.
— Неужели мы так это и оставим? — злобно прошипел Наско и боксёрским приёмом дважды рассек кулаком воздух.
— Нет! — заявил Полковник. — Раз мы друзья кубинцев и негров, мы обязаны прийти к ним на помощь.
— Прежде всего надо как-то успокоить Роландо и Сисулу-Каба, — сказала Вихра, обладавшая при всей своей внешней суровости добрым, отзывчивым сердцем.
— Им не слова нужны, а деловая поддержка! — оборвал её Наско.
— Им нужно и то и другое, — поправил его Полковник. — Надо сегодня же повидать их и посоветоваться, что предпринять.